Инженер 2 том 1

Приключения программиста в мире магии и чародейства.

2022

Эд Нерский (UNera)

Часть 5. Дух вороны

Спутник

Сперва мне казалось что в местных сутках двадцать семь земных часов. Время я измерял основываясь на выработанных рефлексах конструктов, а так же на собственных ощущениях. Потом мне пришло в голову, что мой метаболизм и мои внутренние часы могли сбиться от всего того, что со мной произошло. Позднее я стал считать, что сутки здесь равны нашим.

Я веду счёт дням, которые я провёл на этой планете. Прошёл почти год. Хотелось бы знать насколько день здесь отличается от дня, проведённого на Земле.

Вместо того, чтобы гадать, нужно просто вспомнить, что я – инженер и что-то измерить, а потом посчитать.

Порассуждаем: я помню значение скорости света – триста тысяч километров в секунду. Если её измерить здесь, то можно пересчитать здешние секунды в секунды земные.

Когда я учил Сому физике, то вспомнил и рассказал ей об измерении скорости света при помощи вращающихся зеркал. Вариантов измерения скорости света много. Я хорошо помнил опыт Майкельсона.

Чтобы измерить скорость света, он взял вращающиеся зеркала, наклеенные на многоугольную призму и пару зеркал, возвращающих свет на эту призму. Эта пара зеркал была расположена довольно далеко, на расстоянии нескольких километров. Вращая призму, он добился того, что видел отражённый свет так же, как и при статическом положении зеркал.

По скорости вращения призмы и дальности отстоящего зеркала, он смог рассчитать скорость света.

Зачем ему нужно было городить столь сложный огород? А потому, что у него не было осциллографа. А у меня есть! Как только у меня появились часы, я стал синхронизировать его развёртку с ними. Осциллограф теперь является периферией моего компьютера. Пока что только в области синхронизации скорости развертки, но близок тот день, когда эта связь будет и в интерфейсе.

Поскольку у меня имеется осциллограф, то я измерял скорость света, делая значительно более простой опыт. Я создал источник света, мигающий с высокой частотой. Около десяти килогерц. Разместил два фотодатчика: один около него, а другой на расстоянии немногим больше ста метров. Осциллограф у меня магический, в Сути расстояния не важны. Далее, используя два луча осциллографа, я измерил задержку. Получил около семисот местных наносекунд. Поскольку скорость света я помню, то пересчитать остальное оказалось не просто, а очень просто!

Скорость света – 300 тыс км в секунду. В местных сутках 40000 местных секунд. В земных сутках - 86400 секунд.

Так вот, результаты измерений меня поразили! За одну местную секунду, свет, по моим измерениям, проходит примерно 650 тыс км. То есть местные сутки с высокой точностью равны земным.

Как такое может получиться, что планета, находящаяся… непонятно как далеко, в другой солнечной системе, имеет такую же длительность суток, как и Земля?

Возможно ли такое точное совпадение? Конечно возможно. Другой вопрос: насколько вероятно такое совпадение?

Почему-то мне кажется, что вероятность этого очень маленькая. Учитывая, что наша Луна влияет на скорость вращения Земли, то тем более… Хм. Луна!

Я несколько вечеров наблюдал за Луной, а ещё расспрашивал Кору. Оказалось что Луна здесь, точно так же как и Земная делает оборот за 27 с хвостиком дней!

Возможны ли два подобных совпадения подряд? Да. А насколько они вероятны?

Я раздумывал над вопросом, как такое могло получиться. Думал даже: а вдруг я сейчас нахожусь всё ещё на Земле, но в параллельной вселенной? Но потом всё-таки отмёл эту версию. Во первых Луна имеет здесь другой рисунок поверхности. Во вторых, и Луна и сама планета здесь имеют меньшие размеры. Хотя размеры, в свете проведённого замера скорости света, нужно уточнить.

В общем, я пока не нашёл объяснения таким совпадениям.

Разглядывая местную Луну я сделал себе телескоп, состоящий из двух водяных линз. Я же теперь элементаль, с водой делать могу всё что угодно! Для наблюдения за Луной я формирую в воздухе линзу из воды, диаметром метра полтора, на высоте метра три-четыре. А под ней вторую, диаметром около метра, на высоте около полутора метров. Сам лежу на земле и гляжу. Чтобы навести на резкость, можно играть фокусными расстояниями линз, увеличивая или уменьшая их выпуклость, а можно их положением в пространстве, поднимая и опуская сами линзы.

На здешней Луне тоже нет атмосферы, во всяком случае я не увидел никаких засветок, гало и подобных явлений, которые могли бы указывать на её наличие.

Цвет этой планеты сильно смещён в красную часть спектра, по сравнению с нашей Луной. На Луне, так же как и здесь, обнаружилась цепь гор Баанг. К этому открытию я отнёсся равнодушно. Мои лимиты на удивление исчерпаны.

Но главное открытие моих астрономических наблюдений оказалось не на Луне. Разглядывая Луну, я дважды видел пролетающий с приличной скоростью объект, светящийся в лучах солнца. Сперва я подумал о метеоре, но когда я увидел это явление на другой день, то стал целенаправленно искать его и… поймал. Чтобы рассмотреть его детально, мне пришлось прибегнуть к памяти Драко, поскольку нацелить объектив телескопа на его удавалось не больше чем на десять секунд. За это время я успевал только резкость навести, а запоминать поручил своему помощнику.

Велосипедное колесо со спицами. Вот ближайшая аналогия того, что я увидел. Это несомненно искусственный спутник, скорее даже космическая станция!

Такая форма, очевидно, используется для создания искусственной гравитации.

Мне непременно надо попасть на этот космический корабль! А-а-а! Хочу-хочу-хочу! Это желание захлестнуло меня, пожалуй, даже сильнее чем выходка Коры, снявшей передо мной иллюзию!

Я вывесил конструкты на огромной высоте, но “перехватить” этот спутник они пока не смогли. Им нужно контролировать огромные дистанции, а внимание у них такое же как у обычного живого существа.

В прошлой жизни я никогда не интересовался астрономическими наблюдениями, а теперь стало интересно хотя бы посчитать расстояние до этого спутника. Наблюдая целую ночь, я оценил приблизительный период обращения этого космического объекта вокруг планеты. Что-то среднее между тремя и четырьмя часами.

Если считать, что орбита его круговая, то как посчитать на какой он высоте? Формул, адаптированных для подобных вычислений, я не помнил, только базовые законы. Зная закон всемирного тяготения и второй закон Ньютона, можно вывести формулу ускорения свободного падения. Первая космическая скорость зависит от этого ускорения, а период обращения зависит от этой скорости через длину окружности. Нужно выводить. Чёрт! Надо сходить, купить пару тетрадок для этого!

Когда уже у меня будет полноценный компьютер?

Животное влечение

– …А я не согласна! – возмутилась Кора.

– Ты сказала готова выполнять все мои указания, поэтому не спорь, а давай отключай иллюзию! Что это за команда, где подчинённые не выполняют указания командира?

– Ну раз ты настаиваешь… – Кора сжала пальцами артефакт. – Ты ведёшь себя так, будто ты и правда с другой планеты. Какой смысл просто так на меня смотреть?

– Помолчи! Я наконец понял! Это чародейство. Здесь примерно тот же эффект, что у противоэлементального поля. Там получается магия дрожит и элементалю неприятно на эту дрожь смотреть и он, будто бы отводит взгляд. А здесь то же самое, но наоборот. Только на тебя смотреть и хочется!

Там этот эффект в магическом зрении, а здесь в обычном и магическом.

– Что это значит, какое чародейство?

– Чародейством я называю магию, творимую без плетений. Ты можешь выдать поток энергии жизни? Это чародейство. Видеть прошлое вещей? Это тоже чародейство. Элементали управляют сущностью материи без плетений – это снова оно. Твой сексуальный магнетизм тоже из этой же оперы.

Чтоб исследовать это, мне нужен артефакт, отпугивающий элементалей. Либо плетение. Ты знаешь как подобные вещи делаются? Или может даже умеешь такое делать?

Стоп! Я понял! У меня же есть плетение приманивающее элементаля. Ага, я сперва думал, что оно просто выделяет энергию, а это не так. Он его именно приманивает. Вот как ты меня сейчас. Ну надо же!

– Нет.

– Что “Нет”?

– Я не умею.

– Что ты не умеешь? – спросил я.

– Делать такие артефакты и плетения. Ты же спросил об этом.

– Да, извини, мысли уже дальше ушли. Получается, обратный материализатор в приманивающем элементаля плетении состоит из пяти входов. А материализатор электричества тоже состоит из пяти входов. Если считать, что здесь в основе какой-то общий принцип, то что получается?

– Никогда такого не получалось, чтобы суккуба кто-то вот так рассматривал, и… всё. Все всегда ведут себя иначе. Ты какой-то неправильный.

– Вот ты заладила! Ну ладно, давай поговорим об этом. Давай порассуждаем, вот бросился бы я на тебя, случился бы у нас с тобой секс. Ты даже этого хотела, насколько я помню. Что бы в итоге получилось?

– Что всегда.

– Ты хотела таким образом получить нить управления мной. После первого секса, тем более такого, неуправляемого, обязательно захочется ещё. И дальше это превращается в яблоко перед лоргом: показываешь ему вкусняшку, он идёт за тобой.

А зачем тебе управление мной? Ты в этом деле ты хочешь играть первую скрипку? Но зачем нужен я? Могла бы просто отправиться на разведку без меня и этих ухищрений. Ты правду сказала: “готова выполнять все указания”? Зачем управлять мной?

– Да.

– Что “Да”?

– Ты прав. Если бы это случилось, то в нашей команде я бы заняла около-лидирующее место. Так всегда, …то есть обычно случается. Но зачем мне это нужно я не знаю. Вероятно, это рефлекс. Я не думала об этом с этой точки зрения. Я пришла чтобы помочь тебе в этой операции, я действительно собиралась помочь, и… стала строить отношения в команде. Извини.

– Вот как это называется: “Строить отношение в команде”? Хм… А с Инроргном ты тоже “строила отношения”? Если да, то получается хреновый из тебя наблюдатель. Если я правильно понимаю политику, то ветви власти должны быть независимыми. Это, вероятно, нарушение этого вашего регламента.

– Нет.

– Что “Нет”?

– С Инроргном нет. Не строила. Это нарушение регламента.

– Ну вот, наконец мы и разобрались с нашими взаимоотношениями. Непонятного и неразобранного нет? Нет. Теперь можем заняться сексом. Иди сюда!

– Что?!

– Шучу я. Пойми, то, что ты сейчас почувствовала, почувствовал и я. Приходит едва знакомый человек, и магией тащит тебя за шкирку в койку. Да, процесс приятный, и временами я жалею, что удержался. Но всё-таки лучше, когда это по другому. Взаимно, безо всякой корысти. Либо даже с корыстью, но когда обе стороны о ней хорошо знают. Вот, как например сейчас… Снова шучу! Не смотри на меня так.

Нет-нет, стой! Я хочу разобраться с этим чародейством. Не включай иллюзию!

Итак, материализатор и обратный материализатор из пяти нитей. Если у электричества и приманивания элементалей есть что-то общее, то что получается?

Получается, что материализатор из трёх нитей, материализует только простые вещества. А материализатор из пяти – сложные, в том числе движущиеся. Например химические соединения, ионы и так далее. То же и с обратным материализатором. Обратный материализатор даёт не только энергию в Сути, но и приманивающее дрожание.

Ну-ка попробуем.

Я сплёл материализатор призыва элементаля, затем сплёл обратный материализатор с такими же характеристиками, и… увидел выделяющуюся коричневую ману.

– Хо-хо! Работает!

– Что работает? – спросила Кора.

– Погоди, ты говорила, что в этом обличье тебя зовут не Кора, а как?

– Теперь я этого тебе не скажу. Сразу надо было спросить! – Она сделала надутую мордашку.

– Так, ладно, у меня есть идея! Жаль нет осциллографа с преобразованием Фурье, посмотреть бы гармоники… Но сделаем-ка вот такое плетение… Возле тебя расположим вот этот материализатор в Сути, что получится? А-а-а! Чёрт! Стоп!

Меня снова потащило к ней. Итак-то непросто работать, а тут ещё усилитель получился.

– Что случилось? – спросила Кора, глядя на мои руки, впившиеся в борт нашего фургона.

– Переборщил. Слушай! А ты, наверное, должна уметь усиливать и ослаблять силу этого магнетизма. Можешь?

– Никогда об этом не думала.

– Попробуй захотеть чтобы я на тебя бросился. Вот прямо пожелай этого. Думай обо мне какой я хороший, как бы было здорово, всё такое… Не бойся, я удержусь. Думаю удержусь.

Кора закрыла глаза и попыталась управлять этими феромонами.

Магическим зрением я смотрел в магический осциллограф, подключенный к выходу маленького материализатора. В этой мешанине ничего не понять, увы. Но кажется, что средняя амплитуда меняется.

– Не получается? – спросила Кора.

– Я не очень понимаю, получается или нет. Качественного результата нет. А попробуй наоборот. Подумай обо мне, какой я неприятный, циник, какая нелёгкая судьба угораздила тебя связаться с таким мерзким человечишкой, как я. Попробуй в таком ключе поработать.

…Вот! Так получается! Амплитуда упала!

Но выход материализатора даёт нам усиление сигнала, а как его ослабить? Его надо проинвертировать перед материализацией! Но как туда подключиться? Я просто располагаю материализатор рядом с Корой. Дрожание энергии Сути он воспринимает как пульсирующий вход, а на выходе – магическое воздействие. А как снять дрожание энергии Сути? Хм, задачка…

– Плохие мысли дают больше результата? Почему? – спросила Кора.

– Я не знаю. Любить человека – всегда большой труд. Наверное ненавидеть проще…

Так, я кажется придумал! Всё то же плетение маго-оптического преобразователя, на базе которого у меня сделаны ячейки памяти. Ну-ка попробуем… Сейчас просто посиди спокойно, ничего не делай.

Я подключил осциллограф к оптическому плетению и смотрел на амплитуду того “белого шума”, который он показывал.

– Я поняла как заставить себя испытывать хорошие эмоции к тебе. Сейчас… – Сказала Кора.

Меня буквально магнитом потянуло к ней, а амплитуды на осциллографе резко возросли.

– Но-но-но! Стой! Хотя нет, продолжай, я сейчас тоже кое что сделаю. Я сплёл инвертор к маго-оптическому преобразователю, а его его выход подключил к материализатору. Подстроил усиление. Вожделение сошло на нет. – Ура, получилось!

– Что получилось?

– Плетение для тебя получилось, сейчас попробую сделать плетение для себя. Подожди минутку… Найди пока что-нибудь куда встроить его, чтобы получился артефакт. Есть у тебя камешек или пуговица?

Для того, чтобы ослабить соблазняющее излучение суккуба, мне нужен инвертор в Сути, материализатор в Сути. Интенсивность силы влечения вокруг суккуба при этом падает.

Но что, если будет ещё суккуб рядом? Я же не могу около каждого суккуба плести! Надо защищать меня, а не ослаблять их! Получается, всё-таки надо инвертировать не в Сути, а прямо в ауре. Примерно так же, как я делал защиту от Слёз Дракона. Так, значит, берём слой ауры. Снимаем с него колебания при помощи того же маго-оптического плетения, затем инвертируем и подаём на другой слой… Работает!

Что-то не так! Аура перестала пополняться внешней энергией! Это очень интересный побочный результат, подумаем о нём попозже. Сейчас же вводим регулятор, вносим дисбаланс между работой слоёв. Так! Я её снова захотел и энергия пошла. Ага! Регулируется от нуля до максимума!

– Вот, булавка. – Кора передала её мне.

Хм. А с полной блокировкой воздействия она выглядит обычной простой девушкой. Но тоже ничего себе! Красивенькая. Так, артефакт! Вот это всё вплетаем сюда и делаем переход для управления магия-Суть. Ну и канал без инвертора тоже, вероятно, пригодится. Проверяем… Работает!

– Пользуйся! – я вернул ей булавку.

– Что это? – Спросила Кора, разглядывая артефакт.

– Если запитываешь зелёной маной, то эффект соблазнения ослабляется. Вплоть до нуля. А если запитываешь красной, то усиливается. Теперь ты можешь в своём первоначальном виде показаться кому-нибудь из простых людей, так, чтобы они на тебя не бросались.

Но без эффекта магического соблазнения, ты всё равно очень красивая. Поэтому, даже с нейтрализующим артефактом кто-то да может не выдержать. Учитывай это!

– У вас на Земле все такие?

– Какие?

– Странные.

– Думаю что большинство такие же как и тут. С кем-то ещё, скорее всего, ты до сих пор валялась бы в койке в номере в Юрбэ. Ну или здесь в фургоне. Таких кретинов, как я, ещё нужно поискать. Я вот чувствую, что я что-то продолбал. Ах да! Повторно делаю предложение: выкручивай артефакт на максимум и начинаем кувыркаться!

– Хороший артефакт, – Кора проигнорировала шутку, в которой, как говорится в пословице, была всего лишь доля, – может быть я им когда-нибудь воспользуюсь. Спасибо. Могу я восстановить иллюзию?

– Да. Слушай, а как живут и откуда берутся такие как ты? Это же не сахар наверное, когда появление в истинном обличье всегда кончается койкой? Вероятно должно хотеться, чтобы тебя любили не за секс, а за что-то другое?

– Говорят суккубы были искусственно созданы в древние времена. Как, например, оборотни. – Пожала плечами Кора. – Созданы для развлечений.

– Разве оборотни искусственные? – удивился я. – Я стал оборотнем вполне сознательно и естественно. Нужно было спасти кота и я слил его ауру со своей. Невозможно было смотреть как он мучается. Это чародейство.

– Магия без плетений? Да, ты говорил. А живём мы всю жизнь в основном под иллюзией. – продолжила она – Сами выбираем партнёра. Рожаем детей. Если получается мальчик, то у него наследуется раса отца. Если девочка, то всегда – суккуб. И ты правильно говоришь, что истинный облик часто даёт власть. “Яблоко перед лоргом” – да, это верная аналогия. Но эта власть, она… не всегда вкусная. За неё нужно платить.

– Тебе нужно научиться управлять этим без артефакта. Когда ты пытаешься думать обо мне плохо, сила воздействия действительно уменьшается. Но, знаешь, в чародейских техниках эмоции испытывать совсем не обязательно. Они нужны только на начальном этапе, чтобы понять что нужно делать. Сперва ты помогаешь себе тем, что эмоциями настраиваешь себя на нужный лад, а потом ты просто уменьшаешь и увеличиваешь воздействие.

– Я почти не вижу плетения в этом артефакте. – пожаловалась Кора.

– Так там большая часть в Сути. Ты же должна видеть Суть, разве нет?

– Ты имеешь ввиду Отражение? У людей большое, у предметов маленькое?

– Ага, я называю это Суть. В Отражении значит смотри.

– Но в Отражении я вижу только размеры.

– Тренироваться надо! Когда-то я тоже только размеры и видел. Хм…

– Тренироваться. Учиться управлять. – повторила Кора. – А как? Научишь меня?

– Видимо судьба у меня такая учить других тому, что сам пока не умею.

Слушай! Я посмотрел на твою иллюзию и понял, что нам надо вернуться в Юрбэ. До меня только сейчас дошло, что мы не сделали очень важную вещь!

– Какую? Зачем? – Уставилась на меня Кора.

– Если меня увидят эльфы, то кто-нибудь да узнает. Начнётся охота, меня убьют. Мне нужно научиться тоже прятаться под иллюзией. В Юрбэ можно купить такой же артефакт, как у тебя?

– Нужно походить по лавкам каравана, возможно здесь у торговцев есть такой артефакт.

– Точно! Пойдём, поспрашиваем прямо сейчас!

Встреча

Как оказалось, во внешнем городе погибло довольно немного народу. По крайней мере, те торговцы, которых Маас обходил при легализации были живы.

Он вернулся в комнату, которую снимал до побега. Никто не обратил внимания на его отсутствие в течение нескольких дней.

Хотелось расспросить людей о том, что тут было, когда эта зелёная стена накрыла город, но по легенде Маас из города не отлучался. Люди вокруг обсуждали нападение тёмных, то как они себя вели, куда шли, кого убили. Но дальше… Почему никто не обмолвился, что же было дальше?

Навестил Маас и Лео, торговца во внутреннем городе. Пожар уничтожил склад с товарами и тот подсчитывал убытки, проклиная тёмных на чём свет стоит. Нападение внесло коррективы в список требуемых товаров и два или три дня Маас провёл с торговцем, записывая, заполняя таблицы.

В первый раз дойдя до площади, он обнаружил, что сундука больше нет. Наблюдать больше незачем. Маас попытался составить план дальнейших действий. А плана-то и не было. Все ниточки сгорели, причём сам он их и пожёг. Зачем бросился сразу в атаку? Нужно было попытаться поговорить с похитителями. Эх!

Не придумав ничего путного, он решил поплыть некоторое время по течению. Поработать по легенде, понаблюдать. Может быть даже съездить в Юрбэ за товаром. Дни потянулись унылой чередой. Утром он шёл как на работу обходить торговцев, а вечером приходил в таверну в центре города.

В один из таких вечеров, он сидел за столиком и строил план по внезапному уничтожению всего этого мерзкого города. Мысли о том, как лава заливает здешние улицы, погребая под собой всё живое, приносили некоторое утешение. Неторопясь он пил пиво, наблюдая за обстановкой. Бросив взгляд на площадь, он едва не уронил кружку, увидев пятерых эльфов, тащивших откуда-то из за угла новенький, такой же как и предыдущий, сундук. Руководитель пятёрки шёл впереди, указывая дорогу, четверо придерживали сундук с двух сторон.

Остановившись, главный указал место. Грузчики осторожно опустили ношу на землю. Руководитель открыл и закрыл крышку, убедившись, что всё в порядке. Маас замер.

– Ну вот, теперь они снова готовы начать. – вывел Мааса из ступора голос слева.

Он оглянулся, рядом с ним стояла пожилая женщина, которую он видел здесь в прошлый раз. Она смотрела на удаляющуюся пятёрку эльфов.

– Вы живы? – произнёс он. – Ну и хорошо. Поговорим?

– По вашей милости нас ищут. Хорошо ещё, что удалось свалить всё на тёмных эльфов. Мы потратили целый телепорт на это. – она присела за столик.

– Если бы вы очнулись в хлеву… – начал Маас

– Достаточно, это в прошлом! – перебила она. – Мы нанесли друг другу много ущерба. Я наблюдала за вами эти дни. Сперва хотела убить, но потом увидела, что вы чей-то шпион. Вы тоже наблюдаете за сундуком. Почему?

– Смерть придёт из него. Вы не знаете, что это будет? Артефакт?

– Семя кмэла.

– Что такое кмэл?

– Дерево. Вон туда посмотрите, вот это кмэл. На этой планете такой кмэл всего один. – она указала на дерево, росшее у края площади. – У тёмных эльфов тоже растут кмэлы, но они другие. На них жёлтые цветы.

– Я ничего не понимаю. А почему от этого семени будет исходить смерть?

– Они сделают его голодным и оно сожрёт всех. Всё.

– Как их остановить?

– Я не знаю. – Грустно сказала женщина. – Патруль идёт!

Маас оглянулся на площадь, увидел тройку эльфов неспешно подходящих к таверне. Повернувшись назад обнаружил, что место рядом с ним пустое. Выглянув в окно, чтобы в поле зрения попал выход из таверны, он никого не увидел. “Куда она делась?”

Он просидел в таверне до позднего вечера, ожидая её, но, видимо, она так и не смогла прийти. По дороге домой он прошёл мимо этого кмэла и осмотрел его. Дерево как дерево. Кстати, оно цвело. Невзрачные сероватые цветы в четыре лепестка, размером с ладонь.

Маас огляделся: никто не смотрит. Неторопясь, он собрал Клетку, а затем Призыв. Клетка должна продержаться почти до утра. Потом, здесь будет вулкан. “Надеюсь, что он прожарит тебя так, что больше никаких семян не будет” – пожелал дереву на прощанье.

Подумав, он прошёлся по внутреннему городу и оставил ещё три таких же подарка. Пусть диверсия не выглядит, как запланированное уничтожение этого кмэла. Один из подарков сработает чуть пораньше, другие позднее. “Завтра посмотрим восстановят ли кмэл” – буркнул он себе под нос.

Проделанная работа не приносила удовлетворения. Маас понимал, что вряд ли это что-то изменит. Но бессилие угнетало, давило, нужно было куда-то выплеснуть ту ненависть, которую оно с собой несло.

Вернувшись к себе, он перебрал вещи, отложив ненужное. Решил, что на всякий случай всё важное будет теперь носить с собой. Вдруг снова придётся бежать? Затем разделся и спокойно лёг спать.

Впервые за несколько дней он проснулся с хорошим настроением. Разбудило его, как и вчера, пение птиц за окнами. Солнце уже встало. Напрягшись, а затем прислушавшись к своим чувствам, он понял, что вокруг нет ни одного элементаля. Да, пожалуй и не было. Подарки не сработали? Может быть это и хорошо, зачем лишний раз тревожить противника? Но нужно будет выяснить что случилось.

“Я здесь уже столько времени, а занимаюсь чепухой!” – сказал он себе. Работ по легализации достаточно, нужно собирать сведения! Вспомнив о зелёной стене, накрывавшей Цехин после нападения тёмных, он отправился к границам города. Почему до этого не приходило в голову её осмотреть?

Корень. Огромное, толстое, живое нечто будто змея обвивало город вокруг. Множество уже совсем сухих побегов торчало из земли, а корень обнаруживался лишь сигнальной сетью, которую Маасу пришло в голову соорудить. Пройдя в одну и другую сторону, он понял, что это не одиночный отросток, а целая корневая система. Корень шёл под границей города, а спустя сотню метров загибался к центру. По границе города, дальше, шёл другой отросток. Над участками корневой системы, шедшими в направлении центра, располагались улицы.

Так вот почему улицы здесь прямые, ведущие к центру, либо представляют собой концентрические окружности. А где центр этих корней? “Кмэл!” – осенила его мысль. Просто сжечь само дерево недостаточно! Нужно и эти проклятые корни тоже выкорчевать.

Он шёл к центру города по одной из улиц, изредка ощупывая корни при помощи сигнальных нитей. Дома тоже, даже если выглядят не эльфийскими всё равно являются живыми существами. Вернее живым существом. Это одно растение! Ближе к границе внутреннего города, сеть показала множество пустот внизу. Что это? Подземные этажи?

Дойдя до площади, бросив взгляд на ненавистный сундук, он решил довести исследование до конца. Опасаясь сигнализации, Маас построил плетение, которое сработает с большой задержкой, отошёл на пару кварталов, удерживая нить. Сеть развернулась на сотню метров вглубь земли. Определить, где кончаются эти подземные этажи так и не удалось.

“Вот значит откуда приходили их новые резервы, когда мы пытались взять этот город штурмом. Наземная часть – это просто верхушка айсберга! Пусть Руархид подумает над этим. Он, вероятно, может туда заглянуть!” – подумал он.

Вернувшись домой, он составил донесение для архимага гномов. Информации теперь достаточно, чтобы не только сделать донесение, но и запросить ответную услугу.

Перфокарты

Я не знаю массу планеты, взяв приблизительное значение, я пол дня возился с формулами и в итоге вычислил высоту, на которой летает этот спутник. Если считать, что я измерил его период обращения правильно, а я, увы, сделал это очень приблизительно, то высота его орбиты получается что-то около восьми-пятнадцати тысяч километров. Первая космическая скорость с увеличением высоты падает и на этой высоте, по моим расчётам составляет около четырёх-шести километров в секунду.

А ещё, я попытался измерить угловой размер этого колеса. Для этого пришлось снять точные размеры с моих линз, а после этого вычислить третью сторону треугольника, две стороны которого в районе десяти тысяч километров, а угол между ними всего несколько секунд. Таким образом, я определил приблизительные размеры этого спутника.

После всех вычислений у меня получились следующие результаты: На орбите, высотой от восьми до пятнадцати тысяч километров летает “велосипедное колесо” диаметром от трёх до ста восьмидесяти километров. Толщина колеса равна одной двадцать пятой его диаметра, то есть, приблизительно от ста метров до семи километров.

Точность измерений очень низкая, а вычисления отчасти базируются на предположениях, оценках “на глаз”, однако качественные представления это даёт.

Как ни странно, попасть к колесу вполне можно даже сейчас. Я добавил линз в свой телескоп. Самая большая линза имеет размер около шестисот метров. После этого с помощью Драко я запомнил как колесо выглядит вблизи. Телепортироваться к нему можно в любое время.

Есть пара маленьких загвоздок: нужен скафандр и способ перемещения в безвоздушном пространстве.

А ещё нужно понять, как оттуда вернуться. Открытие телепорта из атмосферы в вакуум приведёт к тому, что разность давлений вышвырнет исследователя будто пулю из ружья. А если исследователь решит вернуться, то ему придётся преодолеть неслабый такой ветерок, который будет дуть ему навстречу. Как там в песне поётся? “Ветер в харю, а я шпарю!”.

Для того, чтобы сделать скафандр, как ни странно, мне нужен мощный компьютер. Нужно обсчитывать геометрию тела в реальном времени и удерживать плетение полога на расстоянии 2-3 см от него. Ещё скафандр должен иметь управляемую жёсткость с тем, чтобы при попадании в сильный ветер мне не сломало позвоночник или не оторвало какую-либо часть тела. В качестве источника воздуха – два материализатора кислорода и азота. Благо я помню характеристики таких материализаторов.

В общем, со скафандром приблизительно понятно куда копать и что делать, а вот с методами перемещения в вакууме пока хороших идей нет. Разве что взять материализаторы какого-либо газа и сделать реактивные двигатели. Хм.

…

Обойдя все лавки каравана мы не нашли артефакта с иллюзией. Но возвращаться в Юрбэ не стали. Решили, что приблизительно на половине дороги в Цехин, мы свернём и заедем в ближайший город гномов. Там большой выбор магических товаров, а после этого уже двинемся к эльфам.

Пока мы ходили по магазинам, я нашёл пару интересных артефактов, правда цена у них неподъёмная. Один стоимостью двести тысяч, а другой восемьдесят.

Оба артефакта представляли собой нечто многозарядное. Многозарядный полёт и многозарядный призыв огненного элементаля. Количество зарядов бесконечно: вливаешь энергию и пользуешься.

У Инроргна я видел подобный пистолет. Кора, к сожалению, ничего о нём не знала. Старт нашего путешествия получился очень поспешный, а еще и крайне эмоционально напряженный. В общем рассмотреть этот артефакт я не успел.

Поскольку купить что-то подобное я не могу, уж больно дорого, то я попросил подержать эти артефакты в руках и запомнил их плетения в памятном конструкте с высокой степенью детализации.

Эти плетения, представляли собой нечто, имеющее невообразимую сложность. Сложнее чем телепорт, который я так и не научился делать. Но, начав копаться в конструкции, я быстро понял, что большинство сложнопереплетений предназначены для перемещения в пространстве нескольких простых плетений. Просто это перемещение происходит по сложной траектории.

Самая близкая аналогия этого плетения – это старинный механический музыкальный аппарат. Шарманка. Чтобы сыграть музыку, нужно воспроизводить сложные, слабо связанные друг с другом, различные механические движения. Только вот шарманки у нас делали в виде всё-таки какого-то подобия программного аппарата, а здесь не так. Здесь будто кто-то пошёл по самому сложному пути и для каждой струны музыкального инструмента, построил самостоятельный механизм.

В общем, самым ценным узлом плетения в этом артефакте за двести тысяч, оказался… материализатор из семи ниток. Шесть ниток были собраны в одну. На вход всех семи подавалась одна и та же энергия. Похоже, соотношение цветов и конфигурация ниток имеет наибольшую важность.

Я построил таблицы того, что выдаёт этот материализатор на выходе. Получается это плетение, чтобы формировать нить плетения. Шесть входов влияют на выходной цвет, седьмой вход влияет на толщину нити. Это натурально магический экструдер. Именно магический, а не чародейский как был у меня!

Одно из самых простых плетений, что я знаю - Шип. Я сам его когда-то придумал. Оно состоит всего из трёх нитей. Получается, что можно сделать три экструдера, а затем составить для них программу движения в пространстве и снова получится 3D принтер. Но сейчас у меня нет компьютера, умеющего делать много вычислений, поэтому на ум пришло нечто вроде перфокарт. Вернее, я бы сказал, нечто вроде грампластинки с тремя параллельными канавками.

В последовательные ячейки моего компьютера, я вручную заношу константы: толщина – 20, цвет – 40, направление – 20, 30, 180, интервал – 10, и так далее.

Получается просто линейный массив структур, который можно записать в виде таблицы чисел. Считывая его сверху вниз, получаем программно-выполненное движение экструдеров. Этакая перфокарта. Числа записываю на материализованной плоской железной пластинке, в виде канавок. На перфокартах я могу хранить программы даже тогда, когда компьютер выключен.

Программа в основном создаётся опытным путём: поправили число в сорок восьмой строке, посмотрели результат. Не удовлетворительно – ещё поправили. Получилось – занимаемся сорок девятой строкой.

Через несколько дней мучений, мне удалось, наконец сделать перфокарту, плетущую Шип. Что круто – мой Радио-86РК делает Шип за одну-полторы секунды! На каждый экструдер при плетении задействуется одно ядро моего компьютера. Если у меня будет триста ядер, я смогу плести сотню шипов в секунду. Но это не самое главное. Самое главное, я могу плести шипы в Сути!

То есть можно создать перфокарту, набор перфокарт, при помощи которых мой компьютер будет реплицировать сам себя! Мне больше не нужно мучиться, заставляя себя каждый день делать по несколько ячеек памяти! Мне надо один раз повозиться и сделать нужные перфокарты!

Но в этот момент возникает вопрос: а хочу ли я продолжать развивать свой Радио-86РК? Почему я решил делать его именно в такой архитектуре? Потому, что повторение обычной, земной архитектуры казалось крайне трудоёмким. Какие недостатки у моего компьютера? Конденсатор в ячейке памяти. Это делает ячейку более простой для изготовления, но радикально снижает быстродействие. Сейчас, у меня тактовая частота низкая – всего тысяча герц. Если выбросить конденсаторы и вернуться к триггерам, то тактовую частоту можно делать хоть гигагерц! Пределов, мешающих этому, вроде бы нет.

В общем, я решил, перейти от аналого-цифрового компьютера к полностью цифровому. А тот компьютер, что у меня сейчас есть поможет мне в этом! Как только новый компьютер у меня появится, то я заставлю его выполнять код с перфокарт, и тогда…

Орион-128. Этот компьютер будет называться Орион-128. Почему 128? Потому, что мне не жалко, пусть в нём будут 128-битные регистры. Если транзисторы делает компьютер, то какая разница сколько их?

А систему прерываний делать вовсе не буду! Зачем в современных компьютерах делают прерывания? Чтобы одно ядро могло выполнять много задач. А если у меня ядра в систему добавляет тоже компьютер, то количество ядер определяется только временем, которое он на себя поработал. Я могу сделать, ну скажем, четыре миллиарда ядер! Хо-хо! 2^128 степени 128 битных ячейки памяти и четыре миллиарда ядер, работающих на частоте один гигагерц!

– Ты сейчас из фургона выпадешь! – вернул меня в реальный мир голос Коры.

– Я понял как делать такие артефакты, как тот, за двести тысяч! – похвалился я.

– Ты мне обещал помочь научиться управлять моим магнетизмом, а сам сидишь и всё время делаешь что-то. Причём совершенно непонятно что. Какие-то плетения появляются, развеиваются. И так целую неделю.

– Ой, извини, я же обещал, а потом забыл. Сейчас сделаю тебе артефакт.

– Какой артефакт? Мне нужно научиться управлять этим без артефакта!

– Да, да! Артефакт, который позволит научиться управлять без артефакта. Сейчас. Дай свою булавку!

Я вплёл в неё небольшое плетение и вернул Коре. – Вот, пользуйся. Видишь огонёк?

– Да

– Чтобы он горел, тут есть маленький накопитель. Пополнишь его, если кончится энергия.

– И зачем он здесь?

– Это индикатор. Обратная связь. Глядя на него, ты видишь степень твоего воздействия. Когда она сильна, то горит фиолетовым, когда ослабевает – будет зеленеть, краснеть и в конце совсем погаснет. Видишь, сейчас он едва красный?

– Почему?

– Потому, что ты под иллюзией. Убери её. Вот! Стал зелёный. Теперь думай о том, что все мужики – уроды, что они тебе противны, что лучше бы их на свете не было… Вот, видишь? Пожелтел.

Теперь прислушайся к себе и попробуй сделать его жёлтым без того, чтобы думать о мужиках плохо. На самом деле мы хорошие! Мужчинам без женщин плохо, равно как и женщинам без мужчин.

Можешь тренироваться и наоборот. Попробуй сделать его фиолетовым.

– На тебя больше не действует мой магнетизм!

– Я же себе тоже сделал плетение. Разве не помнишь? Зато я всегда теперь вижу тебя такой, какая ты есть. Очень красиво, кстати.

– Этера. Эт.

– Что?

– В этом обличье меня зовут Эт. Это значит “Тёплая”.

– Эм. Ну вот мы и познакомились. – Не нашёлся я ничего ответить.

Дух вороны

Каждое утро Сома и Крэг отправлялись на тренировку. Поначалу Соме это не нравилось, но она зачем-то заставляла себя. Потом, когда Крэг рассказал ей, что учитель метился заглядывая в будущее, она втянулась. Оказывается, любое занятие можно совмещать с магией, даже бросание камней и выпускание стрел.

Ради интереса, она попыталась научить Крэга считать. Счёт в пределах двадцати давался ему легко. Так же Крэг понимал что такое “деление на десять”. Все, кто сталкивался с денежными операциями так или иначе умели немножко складывать, вычитать и немножко делить. Но, попробовав объяснить ему счёт в сотнях, она столкнулась с тем, что Крэг запоминал всё это очень-очень медленно.

С Учителем, ей понадобилось всего несколько дней, чтобы научиться считать до любого значения. Или понимать как до него досчитать. Крэг же постоянно путался и приходилось изо дня в день повторять с ним простые упражнения. Те же самые, что выполняла она, но с Крэгом, это было куда медленнее!

Если бы она захотела передать Крэгу все те знания, что вложил в неё Учитель за несколько месяцев, то ей понадобился бы значительно больший срок. Несколько лет.

Столь большая разница в скорости объяснялась конечно же тем, что Учитель, заглядывал ей в голову и что-то делал, от чего мысли становились чрезвычайно ясными, а однажды сказанное врезалось в память чуть ли не навсегда.

Сома решила, что ей тоже неплохо было бы научиться извлекать из чужих голов нужную информацию, а так же вкладывать её в них. Она решила последовать примеру Учителя и поэкспериментировать. Учитель для подобных опытов ловил мышей и птиц, даже клетки, сделанные им, остались.

С помощью Любопытного она нашла своего будущего подопытного, а найдя, сковала ему лапки льдом. Это был маленький зверёк с большим пушистым хвостом. Иногда такие зверьки живут в норах, иногда лазают по деревьям. Принеся подопытного домой, она посадила его в клетку, а потом освободила его от ледяных оков. Аура зверька была красной, было видно, что лёд сильно повредил ему. Соме стало жалко зверька и она отправила было Нага чтобы помочь ему, но тут в ней шевельнулся Любопытный. Потянувшись к обмороженным лапкам она просто, одним движением ауры, привела их в порядок. “Надо же! Наг это лечил бы до завтрашнего вечера!” – удивилась Сома, оглядывая позеленевшую ауру зверька.

Подождав немного, убедившись что с подопытным всё в порядке, она попробовала заглянуть в него так, как она заглядывает в духов, проверяя как они выполняют данное им задание. Но живое существо – это не дух. Сома почувствовала, что существует барьер, который закрывает ей путь в ауру, мысли этого грызуна. Она немного напряглась, пытаясь пройти сквозь этот барьер и… аура животного погасла. В клетке лежал трупик зверька, которого она только что вылечила!

Расстроившись, она несколько дней раздумывала стоит ли пытаться повторить этот опыт. Ей было жалко убитого, а убила его именно она! Через несколько дней любопытство пересилило страх перед дальнейшими последствиями и она решила повторить эксперимент. Очередным подопытным была большая серая ворона, так же пойманная при помощи льда. Чтобы не калечить птицу, лёд в этот раз был тёплый. Просто твёрдая вода, никакого холода.

Усадив птицу в ту же клетку, Сома повторила эксперимент. Она представила, что птица – это дух, почувствовала барьер-сопротивление. В этот раз она не стала его преодолевать, а попыталась лишь посмотреть, почувствовать, понять.

Сома оглядывала духа птицы и к ней приходило понимание, что этот дух имеет такое же строение, как и Наг или Любопытный. Но этот дух был немного другим. Она поняла что он связан с телом вороны, что именно через тело он получает энергию жизни. Поддавшись внезапному порыву, Сома протянула аурные руки и разорвала связь духа вороны с её телом. Чтобы аура не погасла, она стала наполнять её своей энергией жизни.

Получилось! Но тело вороны умерло. Хотя сама ворона жива, вот она здесь!

Только сейчас к Соме пришло осознание того, что она сделала. Что делать с этим духом? Вернуть обратно в тело? Оно мертво, не выйдет! Всё время наполнять её энергией? Так можно с ума сойти. Сома попыталась уменьшить интенсивность, но аура вороны начала бледнеть, пришлось восстановить поток энергии.

Да, тело умерло, но убийство ещё не произошло. Сома держала духа, не зная что с ним делать.

– Учитель! Помоги! – мысленно закричала она в плетение связи.

– Что случилось, Сома?

– Я ещё не убила его, и я не хочу убивать его! Я не знаю что с ним делать! Она отправила кучу мыслеобразов, показывающих что она натворила. При этом, она чувствовала себя, будто маленький ребёнок, которого поймали за занятием, которым нельзя заниматься.

– Успокойся. – Прислал мыслеобраз Учитель. – Я сам ни разу такого не пробовал. Это конечно грустно, когда подопытные погибают, но иногда такое случается. Впрочем, ты, наверное, можешь спасти её, поделившись с ней своим телом.

– Поделиться телом?

– Размести её в своей ауре. Разреши ей жить в ней. Позови её. Но тогда ты станешь ей, а она станет тобой. Ты будешь оборотнем… Как я. Думаю что станешь. Пробовать или нет – решать тебе.

– Получается, что та девушка, в которую ты превращался… Ты разделил с ней своё тело?

– Получается так. Иначе бы мы оба погибли. Пришлось.

– А кот?

– А с котом своё тело разделила она. Иначе бы погиб он. Ей было его жалко.

– …Они были твоими близкими. А эта ворона, я её вижу в первый раз!

– Я же говорю, решать тебе. Я даже не знаю получится или нет, я думаю что будет так, но на сто процентов не уверен. – Прислал мысль учитель. – Лучше сперва научись заглядывать к ним в мысли, потом поймёшь, нужно ли тебе такое счастье или нет. Я бы на твоём месте не стал пробовать. Но ты должна решить это сама. Я не знаю что ждёт тебя за этим действием. Может быть ничего не выйдет, может быть ты умрёшь, может быть получится оборотень. А может быть будет результат, о котором я сейчас даже не предполагаю.

Учитель помолчал, а потом продолжил.

– А чтобы заглядывать в чужую голову нужно действовать чуть по другому. Вот так, смотри…

Учитель отключился. Сома сидела, наполняя ауру вороны энергией. Сколько она сможет её так продержать? День? Это действие требует серьёзной концентрации. Что будет, когда она уснёт? Ворона умрёт.

Сома вышла из юрты и окликнула Крэга.

– Крэг!

– Да? Сома, мы собираемся на охоту. Ты хочешь потренироваться? Давай не сегодня!

– Помоги мне, Крэг. Сома вернулась в юрту.

– Что случилось? – спросил он заходя.

– Крэг, если я сейчас умру, пожалуйста, снеси меня в яму. Хорошо?

– Ты умрёшь? Как? Почему?

Сома кивнула на клетку с вороной.

– Её дух я держу сейчас в руках и не могу отпустить. Учитель сказал, что, возможно, это убьёт меня. Сядь здесь, я попробую решить эту проблему…

Сома представила, что дух вороны это Наг. Нужно приказать ему поселиться в ауре.

Наг. Кроме самого первого дня, когда она давала обещание Нагу, она всегда приказывала ему. Чтобы она не хотела, он всегда исполнял. Но слово, то слово, которое она давала ему?

Она остановилась, подумала, потом всё-таки решила продолжить.

“Буду звать тебя Ойла, как тётю” – сказала она духу. Затем поместила его в свою ауру. Мысли смешались, Сома упала и потеряла сознание.

…

Любопытство выпорхнуло и встало на крыло. Чтобы летать, крылья были не нужны, но так приятно было их расправить! Оно взлетело повыше, осмотрело стадо лоргов и большие, украшенные узорами юрты. Делая круги то шире, то уже, то выше, то ниже оно наслаждалось полётом. Встречного ветра не было, но зато скорость можно было набрать любую! Никакие предметы – деревья или камни не были помехой. Нет, помехой они всё же были: если снизиться ниже уровня земли, то энергия быстро утекала, поэтому оно сразу поднималось выше и летало по воздуху.

Где-то там, внизу, в центре кругов, которые оно описывало, есть что-то очень важное, зачем-то нужное ему. Оно почему-то знало, что не может бросить это и улететь куда глаза глядят. Глаза? Что такое глаза?

Созерцание происходящего и эмоции иногда выталкивались мыслями и понятиями из другого мира. “Тангенс угла. Кому вообще в голову пришло вводить подобное понятие, если есть магия, чародейство и духи?!” А всё же, что там центре? Любопытство нарастало, хотелось посмотреть, разгадать эту загадку. Оно летает кругами уже столько времени. Нужно выяснить, что же там? Что не даёт ему улететь? Оно снизилось и, не обращая внимания на стены, влетело в юрту.

Двое орков сидели над телом третьего. Третьей. Один – Крэг, держал её голову на коленях, а другой – Наиль, что-то говорил ему. Оно вдруг поняло, что оно это она – та, которую Крэг пытается разбудить. Оно шевельнуло крылом и вошло в ауру. В свою ауру.

Сома открыла глаза.

– …Как долго я была в отключке?

– Со вчерашнего вечера. – ответил Наиль.

– Кажется, я справилась.

– Мы похоронили ворону. – сказал Крэг, – Я снёс её в яму. Мы решили, что если её похоронить, ты вернёшься.

– Не знаю, помогло ли это, но спасибо.

Сома попыталась встать, но тело не слушалось. Было непонятно, как управлять крыльями и ногами. Крыльев-то и не было! Вместо крыльев были были какие-то непонятные отростки, а ноги… неправильные, чужие.

Она вспомнила то время, когда Учитель вернул ей руку. Рука тогда отказывалась слушаться, жила, как бы отдельной жизнью. Теперь же всё тело, будто та рука. Чужое. Мозг почему-то не хочет им управлять, забывает о том, как это делается.

Собрав волю в кулак, контролируя каждое движение, Сома поднялась на колени.

– Вон там, подай мне палочки, пожалуйста, Крэг. – сказала она. Речь. Речь – это единственное что получалось хорошо у этого чужого тела. Учитель хотел, чтобы она возясь с палочками разработала руку, а теперь придётся делать то же со всем телом целиком.

– Тебе плохо?

– Нет, но, кажется, я разучилась ходить. Надеюсь, это пройдёт. В крайнем случае, придётся заново научиться. – Она сама удивилась той твёрдости и беззаботности, с которой она это сказала.

Крэг положил перед ней палочки. Нужно взять одну. Сома машинально потянулась и схватила палочку клювом. Посмотрев на осоловевшее лицо Крэга, она поняла что с ней, напряглась и трансформировала лицо обратно, в человеческое.

– Что это? – спросил Наиль

– Учитель тоже так умел. Я разберусь как с этим жить. – ответила она, беря палочки по одной. Спасибо вам!

– За что?

– Что беспокоитесь за меня. Мне нужно побыть одной, прийти в себя.

– Мы принесём тебе поесть.

– Спасибо.

Лоори

И всё-таки я не зря опасался слияния с водным элементалем. Действительно обнаружился побочный эффект. Причём, я мог догадаться о нём заранее!

Когда-то, когда я поднял уровень своих конструктов, то наткнулся на то, что поглощение синевы не влияет на мою ауру. Оказалось, что конструкт забирает всё себе. Чтобы увеличить сложность ауры, приходилось временно выгонять Драко и Риту из неё.

А теперь у меня в ауре постоянно живёт Варвара, которую не выгнать и, которая поглощает всю синеву, сколько её ни влей! В целом, мне не особо нужен этот самый уровень сложности ауры, однако мои сборщики летают, собирают. Не пропадать же добру – я продолжаю её расходовать на себя. Вероятно, мой уровень не изменится, пока этого не сделает уровень Варвары. А будет это ой как нескоро.

Наткнувшись на эту проблему, я продолжил исследование клеточек ауры. Поскольку под руками у меня много духов воды, то я экспериментировал в том числе над ними. Заметил очень интересную вещь: если духа воды разместить в клеточку ауры, то и в Сути он… уменьшается до её размеров.

То есть если смотреть в Суть, то дух воды является сложным существом. А при помещении его в клеточку ауры – он будто упрощается, и суммарная Суть становится меньше Сути слагаемых. Причём это работает только на клетках ауры тёмных магов. Если поместить духа воды в клетку белого мага, то на самом деле он туда не помещается. Возможно это связано с тем, что дух воды тоже может манипулировать с чернью? Не знаю.

Посреди этих экспериментов на связь внезапно вышла Сома. Она, оказывается, тоже затеяла опыты подобные тем, что я делал раньше. Она решила попробовать манипулировать аурой живого существа так, как делает это с элементалями и у неё получилось. Интересный опыт, надо тоже попробовать.

Я раньше не хотел, чтобы тут кто-либо шёл по пути развития чародейских способностей, но раз уж она сама до этого добралась, то объяснил ей то, что знал про слияние аур. Надеюсь это не закончится для неё летальным исходом.

Однако, если вернуться к обнаруженному эффекту. Размещение духа в клетке ауры не уменьшает энергии, которой он обладает, возможностей, которыми он располагает. В общем никак не мешает духу быть духом. Но в Сути его больше не видно. Что это значит? Какая-то магическая паковка? Другое измерение?

Если смотреть в эту клетку более детально, в более глубокие слои, то видно только структуру духа. Те клетки, что бы ли моими не видны вообще.

Мой компьютер в Сути сейчас занимает довольно много места. Ради интереса я попробовал положить его в клеточку ауры и… он исчез! Нет, конечно, он не исчез, я по прежнему мог использовать его, но почему его Сутевое отражение радикально уменьшилось, я не знаю.

То же самое происходит с Драко и Ритой. Получается, таким образом их можно “прятать” от наблюдателя в Сути. Просто находясь в ауре, Драко находится в одной из её клеток. Его хорошо видно в Сути. Если же он решит занять одну клетку, даже ту, в которой находится, то он, будто бы переходит в другое измерение и уменьшается. Я пока не разобрался с этим до конца, но, поскольку я не чувствую никаких побочных эффектов, то решил, что каждый раз, когда Драко или Рита просто находятся в моей ауре, пусть прячутся. Лишняя заметность, даже в Сути ни к чему. И компьютер я теперь прячу так же. Получается, что неплохо было бы иметь больше аурных ячеек для таких вот дел, но с Варварой пока непонятно как это сделать. Такие дела.

Через пару дней после сеанса связи с Сомой, я сам стукнулся к ней и в ответ услышал твёрдое: “со мной всё хорошо, я справилась с этим”. Она не отпустила птицу, а поселила её в себе. Птица, судя по всему, была с характером, и психика Сомы изменилась, стала более жёсткой и… самостоятельной. Думаю это хорошо. Время покажет.

А ещё я исследовал эффект блокирования пополнения ауры энергией. Если снять с одного слоя ауры колебания и заставить колебаться другой слой в противофазе, то таким образом, получается… хм, изолятор. Оказывается аура поглощает энергию из пространства только при вибрации. Если внешний слой ауры заставить дрожать на высокой (несколько килогерц) частоте, то аура заполняется энергией очень быстро. Два слоя, работающие в противофазе имитируют слой, колебания которого отсутствуют и движения энергии не происходит.

До этого, я воспринимал поглощение аурой энергии как будто снаружи есть её давление, которое стремится уравняться с давлением изнутри. Если израсходовать, то течёт внутрь, если набрать много – течёт наружу. А оказалось, что этот процесс – динамический. Глядишь, так и до корпускулярной теории магии я доберусь!

За всеми этими экспериментами мы проехали половину дороги до Цехина, попрощались с караваном и свернули в сторону гномьего города Лоори. Здесь недалеко ещё есть демонский город Хано, но Кора, то есть Этера, говорит что торговля там крайне слабо развита, поскольку город имеет чисто военное значение.

На горизонте маячила гора Баанг. Это всё та же, с которой я делал эксперименты. Я вспомнил о своих планах на неё. Спутник, чародейские эксперименты, всё это переключило меня и загадка горы отступила на второй план.

– Этера, я вот что думаю…

– Я Кора.

– Я не могу привыкнуть к тому что у человека два имени. Хорошо, пусть будет Кора.

В Лоори мы найдём караван, который отправляется дня через два. Но сами уедем раньше. Договоримся, что пересечёмся с ним где-то по пути. Караван идёт медленно, поэтому у нас будет дня четыре-пять форы. Я хочу снова повозиться с колесом горы Баанг.

– Снова? Так это ты её активировал? – догадалась Кора.

– Я, только никому не говори.

– И что произошло?

– Ничего. Гора засветилась, потом погасла. У горы собралась толпища народу. Все они тоже пытались разобраться, но ничего не нашли. Я хочу попробовать активировать все горы Баанг одновременно. Все шестьдесят. Посмотреть что будет.

– Ты знаешь формулу?

– Формулу? – удивился я.

– Да, в древних книгах говорится, что каждый последующий символ вычисляется по формуле. Что активировать гору можно только зная её.

– Это интересный факт, но формулу, увы, я не знаю. Я придумал как решить задачу другим способом. А что говорится в древних книгах о том, зачем эти горы нужно активировать?

– Чтобы получить могущество.

– Ну вот, одна активированная гора могущества не приносит. Посмотрим что будет, если мы активируем все.

– Артефакт. Врата, что мы нашли у подножия одной из гор Баанг. Видящие говорят, что пирамиды и врата – это части одного целого.

– Я тоже так думаю.

– Мы активировали врата, появились эльфы, теперь нам грозит уничтожение мира. Кто появится если активировать пирамиды?

– Не знаю. Но может быть активация пирамид поможет остановить эльфов? Около активированной горы им прямо мёдом было помазано. Они даже не ссорились там с остальными расами. Почему-то горы Баанг для них очень важны.

Я немного могу видеть линии будущего. Когда я сидел там у вас, в координационном совете, то это видение подсказало мне отдать вам телепорт без условий. В будущем появился какой-то просвет. Вероятно, Инроргн, всё же предпринимает какие-то действия, раз это повлияло. Когда я смотрю в будущее и думаю об активации пирамид, то это тоже улучшает ситуацию в нём. Не решает проблемы, но улучшает. А ты можешь заглядывать в будущее?

– Да, но мне для этого нужно время. Я не могу смотреть и делать ещё что-то. Мне нужно предельно сконцентрироваться. Сегодня вечером я попробую. А повлияло, возможно, больше то, что ты отдал эльфийские артефакты.

– Про них я делал исследование отдельно. Я не понял как они могут повлиять, но могли улучшить будущее и я их отдал. Почему эти артефакты важны?

– Среди них был тот, из за которого началась война. Инроргн должен вернуть его людям. Вероятно уже вернул. Где ты его взял?

– Я же говорил, помародёрствовал с трупов эльфов.

– А трупы откуда?

– У меня была ученица. Я учил её магии, а она учила меня местному языку. Я же с другой планеты. Эльфы зачем-то напали, я так и не смог разобраться зачем. Она их всех убила при помощи водного элементаля. Ну а я помародёрствовал.

– Ты умеешь обращаться с водным элементалем?

– Ага. Это чародейство.

– С водным элементалем очень просто вступить в контакт, но применять его в боевых условиях почему-то не получается. Он сопротивляется или не слушается… Редко кому удаётся извлечь из водного что-то полезное.

– У меня с другими совсем ничего не выходит. Элементаль огня меня чуть не сжёг, элементаль земли чуть не разбил о землю, элементаль воздуха просто проигнорировал меня. Но, надеюсь, я когда-нибудь с этим разберусь. У тебя нет навыка общения с элементалем?

– Я не знаю. Чтобы понять это, нужен наставник. Умения обнаруживаются и развиваются только с наставником. Мне всё было недосуг.

– Где бы мне найти наставника?

– Разберёмся с эльфами, можешь поступить в школу в Юрбэ. Я дам тебе рекомендацию.

– Ты же больше не официальное лицо. – удивился я.

– Ну и что? Вес остался.

…

Лоори мне напомнил какую-то китайскую деревню из фильмов. Большинство построек малоэтажные, при этом стоят вплотную друг к другу. Улицы запутанные, извилистые. Переходы с улицы на улицу иногда проходят по крыше какого-то сарая. Лестницы деревянные и каменные. Улица с идеальным покрытием, которому позавидовал бы центр современного города на Земле может соседствовать с деревенскими, грунтовыми, кое-как выровненными дорогами.

Самый центр Лоори, правда, более-менее похож на город. Дома и улицы в центре выглядят несколько менее безобразно. Плотность населения здесь, похоже очень высокая. Всюду толпы людей, то есть гномов.

В центре города красивый парк. Под парком, находится… что-то страшное, огромное, живое. Ктулху? Конструктам не удаётся проникнуть вниз, а пробовать спуститься туда в сознании водного элементаля я не рискнул. Поверхность земли здесь буквально фонтанирует коричневой маной, а чуть ниже, похоже, они собирают синеву.

Приехав в город, мы отыскали лавку, специализирующуюся на индивидуальных иллюзиях, и я выбрал себе одну. Местные называют их личинами. Поскольку моя спутница – демон, то я не стал мудрить и тоже взял себе личину демона. Демон, почему-то был с отпиленными рогами. Кора объяснила мне, что демоны часто спиливают рога при достижении определённого возраста. Странный обычай. В Юрбэ я таких демонов не встречал.

Личина демона стоила как чугунный мост – около пяти тысяч. Пять тысяч лоргов! Столько не было даже у Наиля. Пять тысяч, какое-то плетение! Я поковырялся в нём, оно довольно сложное. Основная фишка этого плетения – трансляция мимики носителя на иллюзию. Если я улыбаюсь, то и демон, которого я изображаю, тоже скалится.

– С точки зрения демонов я не ужасно выгляжу? – спросил я Кору

– Как среднестатистический демон. Ничего примечательного.

– И всё-таки мне не нравятся эти спиленные рога. Можно мне такую же, но с рогами? – спросил я у продавца.

– Конечно! – улыбнулся пожилой гном.

– Некоторые расы воспринимают рога демонов, как признак агрессивности. – сказала Кора.

– А я воспринимаю спиленные рога, как признак инвалидности. – парировал я. Я заглянул в будущее обоих личин – никакой разницы между ними не вижу, поэтому хочу взять нормальную.

– Хорошо, командир! – ответила Кора.

Пройдя по лавкам, я купил плетения призыва элементаля огня и воздуха. Спросил так же про ментального, но торговец на меня так вытаращился, что я понял, что сморозил чушь. Пришлось переводить всё в шутку.

В общем заход в Лоори уменьшил мои финансовые резервы на две трети. Я с грустью вспомнил золото, которое я рассыпал по прериям. Жаба немного подушила меня, но потом отпустила. Как пришли так и ушли. Будут нужны деньги – решим вопрос как-нибудь!

Мы походили по рынку, нашли нужный караван. Договорились с караванщиком о том, что присоединимся к нему на второй неделе пути, затем взяли пару лоргов и отправились в путь.

Выезжая из города, я почувствовал пристальное внимание на себе и заоглядывался. Чувства были такими же, как в Баанг-Уудэ.

– Что-то забыл?

– Мне кажется, что за нами наблюдают – сказал я

– Я никого не вижу. – Вокруг Коры вдруг развернулось плетение, сетью расходящееся в разные стороны.

– Это что? – спросил я

– Сигнальная сеть. Нет здесь никого.

– В прошлый раз, после подобного чувства я очнулся в плену. Почему-то это второй раз происходит в городе. Будто кто-то начинает следить за мной там. Не знаю как это объяснить.

– Чувствам надо доверять – сказала Кора. – Давай сделаем вид, что мы попрощались, я поеду на восток, в сторону Хано, а ты езжай на юг. Я попробую посмотреть что будет дальше. Сейчас я соберу плетение связи.

– У меня есть идея лучше. Но ты должна согласиться. Если не согласна, то последуем твоему плану.

– Я? Согласиться?

– Здесь безлюдно. По крайней мере на пару километров во все стороны никого не видно. Предположим, что за нами следят. Скорее всего там есть мужчины… Увидев тебя в истинном обличье они не удержатся, рванут сюда, тут мы их всех и переловим. А если за нами никто не следит, либо следят женщины, то ничего не случится. Кстати, я так и не выяснил, твой магнетизм действует на женщин?

– Нет, не действует. Хорошо, давай попробуем. Кора сняла маскировку и стала Этерой.

– Покажи, что получается у тебя с индикатором. Можешь сделать его фиолетовым? Голубым?

– Да, вот. А погасить пока не выходит, только сделать жёлтым.

– Всего-то неделя прошла, а какой прогресс! Думаю в Цехине мой артефакт тебе уже будет не нужен. Вот! Я вижу их!

– Где?

– Да вон же! С километр позади нас. Три женщины на лоргах, не видишь?

– Нет. Тут пустая дорога.

– Вот же они, как ты можешь их не видеть?

– Не вижу. – сказала Эт.

– Мистика какая-то. Ну-ка включи свою иллюзию.

Эт снова превратилась в Кору. Я отключил плетение сопротивления магнетизму и… наши преследователи пропали. Я перестал их видеть!

– Я понял! Я их вижу, когда нейтрализую твои феромоны! Это действительно слежка. Что будем делать?

– Можно остановиться и разобраться с ними. Но если у них есть такой мощный артефакт скрытности, то может быть у них есть и что-то убойное. Лучше с ними не встречаться. – Сказала Кора. – У тебя нет врагов в Лоори?

– И в Баанг-Уудэ не было. Я здесь впервые, как и там. Ума не приложу кто это и что это… Я кажется придумал! Я помню пенёк у колеса у горы Баанг. Давай просто телепортируемся туда? А эти отстанут.

– Откуда у тебя столько телепортов? Ты умеешь делать и такие тоже?

– По правде говоря, осталось у меня их немного. Всего семь штук. Наворовал их у эльфов, ещё там, на Земле. Приедем в Цехин, может снова удастся украсть. Увы, я пока не умею их делать.

– Украсть? Заготовку? – выпучила глаза Кора

– Это чародейство. Чародейство – это то, с чего я начал свой путь в магии. Так получилось.

– А эти семь ты где хранишь?

– В ауре, где же ещё? – пожал плечами я.

– Так не бывает!

– Говорил же я, что с другой планеты. Ты что, не верила? Хочешь у тебя телепорт украду?

– Откуда ты знаешь, что он у меня есть?

– Вижу. А вот что второе у тебя там – не понимаю. Похоже на плетение связи, но без нити связи. Дашь посмотреть? Мне интересно как оно работает. Так! Давай обсудим это потом, нужно телепортироваться, а то наши преследователи сократили с нами разрыв. Сперва ты, потом я. Раз-два-три, открываю!

Я открыл переход и мы вышли у колеса пирамиды.

Центр управления полётом

– Ты подозреваешь меня? – остановила меня Кора

– В чём?

– Плетение связи и телепорт.

– Почему я должен подозревать тебя? У меня тоже есть плетение связи с моей бывшей ученицей и телепорт. Несколько телепортов. Ты подозреваешь меня?

– Я оставила себе связь, чтобы, если мы что-то найдём, можно было сообщить Инроргну. Но я действительно уволилась. Я не выполняю никакой секретной миссии.

– Кора, я не подозреваю тебя. Ничего бы страшного не было, даже если бы ты не уволилась. С вами я играю в открытую. А то, что ты там как-то подстраховалась на всякий случай, так это твоё дело. Было бы странно, если бы ты так не сделала.

– Ты снова ведёшь себя как… демон.

– Так я и есть демон. – Я активировал личину. – Ы-ы-ы! Страшно? Давай лучше лагерь ставить. Мы здесь на несколько дней. Хорошо что никого нет.

– Вот плетение связи, ты хотел посмотреть.

– Тьфу на тебя! Тебя так задело, что я знаю какие у тебя заготовки? Почему? Я собираюсь разгадать загадку пирамид. Ты со мной? Как думаешь, если бы я тебя в чём-то подозревал, то делал бы тебе такое предложение?

Кора замолчала. Что-то зря я ляпнул про то, что вижу внутренности аур. Люди, получается, воспринимают это, как будто я вижу что-то интимное. Но эмоции, ложь видят ведь все маги. Они с этим живут. А видеть заготовки, это что-то новое для них и, поэтому, задевает.

Выбросив ненужные размышления из головы, я стал отлаживать пару конструкт-плетение для взлома. Каждая из шестидесяти пирамид подключится к моему компьютеру несколькими нитями: пара нитей приводящих в движение колесо, нить обратной связи положения и нить обратной связи от фотодатчика. Итого 240 ячеек из них 120 – линии прерывания. Затем на пяти ядрах будет запущено пятьдесят девять копий программ подбора кода. Шестидесятая программа будет отличаться. Она приостановит свою работу на последнем шаге. Мне нужно быть рядом с тем колесом, которое будет активировано последним. Лишь когда придут подтверждения активации всех остальных пирамид, я завершу активацию последней. Такой план.

Отправив конструкты к другим пирамидам я решил заполнить ожидание полезной работой - наблюдением момента времени когда у большинства пирамид никого нет. Пирамиды находятся во всех часовых поясах, но часть из них стоит в океане, другая часть в незаселённых областях. А некоторые, вроде той что в Юрбэ – попадают в черту того или иного города.

Раз в пол часа я осматривал в Сути все пирамиды и записывал количество человек, находящихся поблизости каждой. Спустя двое суток я отбросил те пирамиды, около которых никто не появлялся вообще, а данные по остальным начертил в виде графика.

Получилось, что самое свободное от людей время, как ни странно, это часы в районе семи-восьми утра. Не ночью, как я предполагал. Две пирамиды придётся активировать вечером, другого времени безлюдности у них нет. Но это и хорошо. Получится отладить систему частично, если вдруг возникнут какие-то проблемы, то будет время над ними поработать.

Дождавшись нужного времени, я приступил. Вечером, перед закатом, была активирована пирамида №17. Ближе к полуночи – пирамида №40. Поскольку меня охватил мандраж предвкушения результата, то просто сидеть и ждать утра я не мог. Поэтому я внёс некоторые коррективы в план: я оглядывал очередную пирамиду и давал команду на её взлом, если около неё не было людей. Ещё до рассвета неактивированных пирамид осталось всего семь штук. А к тому времени, как я планировал начать операцию неактивированная была только одна. Наша.

– Ну, что, поехали? – сказал я, садясь на пенёк возле колеса.

– Уже?

– Остальные включены. Здесь никого нет. Не знаю к чему, но готовься!

Колесо завертелось в разные стороны. Загорелся второй огонёк, третий…

– Ты подбираешь код, но это же…

– Нечестно? – сказал я ту фразу, которую Кора не решилась произнести. – Круто, правда?

– Сколько всего огоньков надо зажечь?

– Двенадцать, это девятый. Нет, смотри, уже десятый! Ещё два.

Когда загорелся двенадцатый, то колесо ушло под землю, а на его месте появилась дверь, похожая на лифтовую. Она бесшумно открылась.

– Как всё просто! – сказал я. – Ну что, пошли?

Мы вошли в проём и я увидел на стене у двери большую круглую красную кнопку. Назначение её было понятно и я сразу её нажал. Дверь за нами закрылась.

– Что ты сделал? – испуганно спросила Кора.

– Обезопасился от возможных любопытных, которые могли пойти за нами.

На потолке и стенах светились, светлые полоски. Здесь не было ни светло ни темно. Коридор уходил прямо и поворачивал налево.

Мы двинулись вперёд, повернули налево, поднялись по лестнице. Это был какой-то серпантин из лестниц: горизонтальный переход, лестница, снова переход, снова лестница…

– Долго нам так идти? – спросила Кора

– Если я правильно понимаю, то это запасной вход. А идти нам километров двадцать. Вероятнее всего до вершины пирамиды. Надо бы найти лифт, но я не вижу где он может быть. Придётся преодолеть это расстояние пешком.

– Если этот вход запасной, то где основной?

– Думаю, что основной – это телепорт. Но те, кто мог его открыть, давно умерли. Подожди, я перепишу что тут написано.

Надписи, периодически попадавшиеся нам по пути, вероятно могли сообщить нам о том, где здесь лифт и как его активировать, но были на неизвестном языке. Я срисовывал их в тетрадку. Мои мысли про то, что на входном колесе изображены цифры, нашли здесь подтверждение: символы с колеса встречались в надписях, но редко.

По дороге к вершине мы сделали с десяток привалов. Это тяжёлая работа – подниматься по лестницам в течение нескольких десятков часов!

Через какое-то время мы окончательно выбились из сил и переночевали. Спать, увы, пришлось прямо на полу. Снаряжение осталось с лоргами внизу. Лишь на следующий день мы пришли к цели нашего путешествия.

Очередной коридор закончился и мы увидели небольшую комнату. В комнате стояло три кресла. Перед каждым креслом был нематериальный, но светящийся в видимом спектре экран. На экранах отображалась какая-то графическая и символьная информация.

– Ну что же, присядем. – Сказал я, садясь в кресло. – Это какая-то система управления чем-то. Боюсь, что разобраться не получится. Ты знаешь этот язык?

– Это язык древних. Мы занимались его расшифровкой, но результатов не добились. У них было другое мышление. Иное.

Кресло подо мной шевельнулось, вывернуло подлокотники так, что я непроизвольно положил на них руки. Из спинки выехал подголовник и… охватил и зафиксировал мою голову.

– Что за чёрт! – воскликнул я и… увидел.

Я увидел текст на экране, написанный на русском языке! А ещё я понял, что если я решу освободиться от кресла, то нужно просто сообщить об этом громкую мысль. Я сделал это, подголовник уехал и… я перестал понимать написанное.

– Что это было?

– Садись рядом, когда кресло активируется, ты сможешь читать. Я понимал что тут было написано. Это компьютер. Я вновь активировал кресло.

– Компьютер?

– Такая умная машина, которая умеет считать. С помощью неё можно управлять чем-то. Сейчас попробуем выяснить чем. – Сказал я, разглядывая интерфейс рабочего стола.

– Зарегистрировать нового пользователя? – висел передо мной вопрос в окошке.

– Да. – ответил я вслух.

– Укажите логин.

– А где? – подумал я, оглядывая глазами окружающее пространство в поисках клавиатуры.

– Логин “Агде” принят. – Сообщила мне система. – Логин администратора неактивен в течение длительного времени. Желаете применить к “Агде” права администратора?

– Да!

– Действие выполнено.

После этого передо мной возник пустой голубой экран. Ничего не происходило. Вообще.

Я поглядел что там на экране у Коры. Она думала над вопросом “Зарегистрировать нового пользователя?”.

– Ответь ему “да”, потом он спросит твоё имя. – помог я ей, и стал смотреть что получится у неё.

Её компьютер ничего не стал спрашивать про права администратора, а просто создал пользователя и пришёл к тому же пустому экрану.

– И что теперь? – спросила Кора. И на её экране возникло меню из символов на местном языке.

– И что теперь? – мысленно спросил я и передо мной возникло меню на русском языке.

“Центр управления полётом” – гласил заголовок. Поразмыслив почему не полётами, а полётом, я решил сперва покопаться по интерфейсу. Управление представляло собой не больше не меньше, а командный интерфейс операционной системы, вроде Unix. Но как бы это сказать… на более современном уровне.

Интерфейс был и графический и не графический одновременно. Пользователь проговаривал команду, а компьютер её исполнял. Пользователь мог образовать контекст и переключаться между ними, как между окнами. Мог выделить из контекста ещё контекст и построить их иерархию. Мог использовать любые данные из контекста при составлении новых команд. Внутри контекста можно было мотать историю вперёд-назад, просматривая, в том числе графические материалы заново. Но на самом верхнем уровне, на рабочем столе всё начиналось с какой-то команды.

При вводе каждой команды система подсказывала возможные варианты. Через несколько минут после подключения к компьютеру я получил три или четыре контекста в разделах “Справка” и “Диагностика”. Чуть освоившись, я понял, что экран в этой системе в общем-то и не нужен, он отображает то, на что у оператора направлено внимание. Можно закрыть глаза и всё равно видеть, чувствовать интерфейс компьютера.

Ковыряясь в справке, а так же глядя в возможные действия, которые могла сделать система, я выяснил назначение пирамид. Двигатели. Это межпланетные двигатели космического корабля! А корабль – это сама планета!

– Двигатели планеты активированы и готовы. Активировать двигатели спутника?

– Да. Визуализировать.

Я увидел Луну, увидел, как цепь пирамид вокруг её полюса активировалась, образуя цепочку фиолетовых, светящихся вершин. Чуть сосредоточившись я, углубился в контекст и без дополнительного запроса узнал что пирамид на Луне двадцать две штуки.

– Все двигатели активированы. Начать движение?

– Нет.

– Скорректировать вращение планеты?

– Нет.

– Скорректировать вращение спутника?

– Нет.

– Деактивировать двигатели?

– Нет.

Кора сумела переключить свой монитор на наблюдение за моими действиями, я мимоходом дал на это разрешение. Она просто наблюдала за моими действиями.

– Позиционирование. – выбрал я.

– Текущие координаты: …ряд цифр. – сообщила мне система.

– Другие планеты.

Передо мной возникла карта, где-то в четыре сотни объектов, большинство из которых были неактивны.

– Причина неактивности?

– Отключены транспортные каналы.

– Покажи схему активных транспортных каналов. Левее. Это Рея? Это Земля? Ух ты!

От Реи было всего два транспортных канала: на Землю и на Тею. От Земли всего один – на Рею. Если включить показ неактивных, то каждую планету соединяло с другими сотни каналов. Если их активировать, то, например, можно было бы переместиться с Земли на Тею напрямую. Сейчас же это можно сделать только с остановкой здесь.

На каждой планете было два транспортных шлюза. Вероятнее всего это Врата. На Земле и на Рее шлюзы находились в состоянии ремонта.

Ради интереса, я попробовал выключить и включить их. Система ответила, что такая функциональность не существует. Подумав, я отдал приказ:

– Отключить транспортные каналы на Землю!

– Принято. Каналы отключены, до явного вмешательства администратора. Запретить включение каналов другим администраторам?

– Да! Отключить транспортные каналы на Тею!

– Отказ! Канал можно отключить только с Теи. Причина: в результате этого действия текущий администратор потеряет контроль над системой.

– Остановить ремонт транспортных шлюзов!

– Отказ. Транспортные шлюзы являются независимыми устройствами и ремонтируются автоматически.

– Сколько времени продлится ремонт?

– Четыреста одиннадцать дней, восемь часов и одиннадцать минут.

Я задумался. Времени вроде бы вагон. Но и не так уж и много. Освободившись от кресла, я встал.

– Я поняла, но не всё. – Сказала Кора.

– Я хотел отключить возможность пользоваться вратами, пока мы не разберёмся с эльфами, но получилось сделать это только в направлении Земли. А в другом направлении это можно сделать только с другой планеты. Планета называется Тея. У нас четыреста с хвостиком дней, чтобы остановить эльфов.

– По крайней мере на твою Землю у эльфов доступа нет. Что будем делать? – спросила Кора.

– Поживём в этой… операторской несколько дней. Ещё покопаемся в компьютере, а потом двинемся дальше по старому плану.

– Я есть хочу. У нас совсем не осталось еды. И воды тоже почти нет. – пожаловалась Кора.

– Эту проблему решить несложно. Дай-ка свою руку!

– Рыбка! Какая смешная!

– Это мой элементаль. Пусть пока поживёт в твоей ауре. Скажи ему что ты голодна, хочешь пить, быть чистой… В общем разберёшся. Этот элементаль решит многие бытовые проблемы. Кстати, с ним ты можешь держать в ауре любое количество заготовок.

Решив мелкие бытовые проблемы, я вернулся в кресло. А ничего так, удобно будет даже поспать в нём!

– …Доступ к системным логам.

– Разрешён.

– Когда было выполнено последнее действие предыдущим администратором?

– Один миллиард восемьсот миллионов …три тысячи сто сорок два года назад.

– Какие действия выполнил администратор?

– Отключение ста процентов транспортных каналов.

– Причина?

– Опасность общего уровня.

– В чём она выражалась?

– Информация отсутствует.

– Почему часть каналов функционирует?

– Транспортные каналы включены вручную.

Я смог отключить ручной доступ во все пирамиды Баанг. Теперь, если я и Кора погибнем, то только через две тысячи лет пирамиды снова переключатся в этот режим. А пока на месте колеса панель, к которой нужно приложить ладонь и дверь откроется. Похоже, что там детектор ауры.

Ещё оказалось, что шлюзы, то есть то, что я называю Вратами, могут работать в двух режимах: перебрасывать от шлюза к шлюзу, либо от шлюза к любому месту на планете. Большинство шлюзов сконфигурированы по второй схеме. Отсюда, из операторской их можно переключить на первую схему, и я переключил шлюзы Реи в этот режим. Прибывающие через телепорт эльфы смогут появляться только в одном месте.

Компьютер хранит электронную переписку предыдущего администратора, но мне, увы, доступ к ней не предоставил. Кстати, администратор работал с планеты, которая сейчас вообще недоступна для транспортной сети.

Я мог бы включить всю сеть, это объединило бы сотни миров, но что если “опасность общего уровня” всё ещё сохраняется?

Копаясь в логах, мне удалось выяснить, что Рея, когда-то была на орбите нашей Солнечной системы! Затем, она была перемещена сюда. Расстояние отсюда до Земли около двадцати парсеков. Как называется эта звёздная система в нашей, земной классификации, выяснить не удалось.

Каждый двигатель Реи, то есть каждая пирамида представляла собой… крышу огромного дома. Внизу, под землёй, на глубине нескольких километров было шестьдесят подземных городов, в которых могло жить до двадцати миллиардов жителей. Эти города использовались при путешествиях этого космического корабля от одной звёздной системы к другой. Возможно, таким образом, происходила колонизация звёзд, включение новых планет в транспортную сеть? Хотя с такими возможностями, цивилизация могла бы просто строить планеты, материализуя их при помощи плетения материализации.

Я осмотрел компьютер и монитор. Они состоят из плетений. Довольно много плетений выполнено в Сути. Сами плетения явно спроектированы на компьютере: очень много однотипных узлов. Сделал себе ниточку к этому компьютеру и смогу разглядывать его плетение в будущем. Правда вряд ли что тут удастся понять.

С помощью компьютера я открыл несколько дополнительных комнат в операторской. Там была удобная спальня, нечто вроде гостиной, транспортная комната с телепортом. Покопавшись в компьютере я понял, что это стационарный телепорт без явной точки выхода. Нечто среднее между длинным телепортом и стационарным.

– …Хорошо. Как в этой системе программировать? – Я уже начал потирать руки от предвкушения.

– Никак. Система управления не предназначена для добавления новых программных модулей. Сформулируйте задачу в рамках возможного.

– Чёрт!

К сожалению компьютер этой системы для своих целей использовать не получится. А я так надеялся! Не вышло пещеры Аладдина!

Когда мы поняли, что новой информации из этого места уже не выудить, мы воспользовались телепортом и вышли около своих лоргов. Хорошо, что мы их не привязали, а то они перемёрли бы от голода.

Время поджимало и мы рванули за нашим караваном.